Степан Щипачев Ровеснику

Гремела война, кровавя свой след,
размалывая нации, расы.
Революция… а тебе восемнадцать лет!
Как здорово это, как это прекрасно!
Все двигалось, пело. Флаги кругом.
На лицах как будто и не было хмури.
История дула еще ветерком,
еще ветерком, а не бурей.
Все было еще в наброске, вчерне.
Дворцы не дрожали еще от прикладов.
Но ты разобрался — на чьей стороне
в ряды становиться надо.
Не прятался после от пуль юнкеров,
что в Зимнем по лестницам пятились
в страхе.
Той ночью октябрьской дымом костров
шинель и обмотки твои пропахли.
Угадываю по твоей седине —
ты многое видел… Знаю, знаю:
ты юность далекую вспоминаешь
с самой историей наедине.

Есть мира огромность и дел огромность.
И каждому юноше в нашей стране
желаю, чтоб к старости было что вспомнить.
Вот так же — с Историей наедине.