Татьяна Бек В годы пространные, послевоенные

В годы пространные, послевоенные,
В доме, который построили пленные,
Рядом с бараками, на пустыре
Выросло племя — дыра на дыре:

Я и мои неуемные сверстники,
Страшной эпохи веселые крестники…
Помните этот — ни свет ни заря —
Крик относительно сбора старья? —

Я ли забуду подружку раскосую,
Песню подвальную, многоголосую…
А устроители лучших затей —
Смуглые дети (испанских детей(!

…В детстве, где вечно болели миндалины,
Были на шубке такие подпалины —
Ржавые и шоколадные, — что
В жизни не будет такого пальто!

Я уже там распахнула объятия,
Где на тележках безногая братия
Ехала, все формулируя в лоб, —
Я уже там испытала озноб

Невероятных сиротства и близости…
Надо же, Господи, — выгрести, вылезти
И разрыдаться, любви не тая:
— Все-таки счастье, что я — это я!