Леонид Губанов Натюрморт настроения

Глушат водку небеса
тишина убить старается
нализавшись на глазах
солнце пьяно поднимается.

От такой тоски виски
по подвалам не белеют
дети пьяные в куски
по асфальту мелом мелят.

Море черных дней твоих
подоконник разговора
где бутылка на двоих
мажет шулера и вора.

И не веруя богам,
что осунулись по ветру
рюмки с рыбкой по бокам
ставят памятник поэту.

До чего же день дурной
даже тень его пошатывает,
то, что нам допить дано
я плесну в лицо глашатому.

Всех колец металлолом
отнесу в ломбард — лампады,
и вернусь к тебе с трудом,
как могильная лопата.

Гробит сорок сороков
тишину тоски солдатской
не обсохло молоко
на губах москвы кабацкой.

Знаменитой тенью я
скоро скоро успокоюсь.
Здравствуй, милая мо я,
помолюсь, потом умоюсь.

Неужели любит грусть
лишь гранит, да белый мрамор.

Если только не сопьюсь,
черным соколом взовьюсь